Алан говорит, что главное в работе следователя — выполнить все на совесть. Чтобы закон был соблюден досконально, чтобы уголовное дело было доведено до конца, без возможности оговорок и лазеек в суде, чтобы «воры, жулики и разбойники не смогли избежать наказания». Это сложно. Для этого нужно приложить немалые усилия. Но Алан справлялся, у него получалось.

За эту честность и умение работать на совесть Алана ценят все, кто его знает. А во Владикавказе Алана знают многие. Поэтому, наверное, когда врачи впервые поняли, что Алан болен, что у него рак крови, некоторые из них со слезами на глазах и как можно деликатнее пытались сообщить о диагнозе. Но Алан даже не растерялся: «Не переживайте, будем бороться», — первый начал врачей утешать.

Алан родился в небольшом селе Пригородного района, Республики Северная Осетия — Алания. Мама его умерла почти сразу после родов, и Алана растили отец и бабушка. Когда мальчику исполнилось 6 лет, отец снова женился, и вскоре у Алана появился сводный брат.

Алан всегда много и с удовольствием учился. После школы поступил в университет, после университета закончил аспирантуру Академии Государственной службы при президенте РФ (РАГС), в Москве. И много работал — сначала в Министерстве по делам молодежи, потом получил пост заместителя администрации по молодежной политике. А еще Алан довольно рано, в 26 лет, женился, и стал отцом двух замечательных девочек. В общем, это была замечательная и очень счастливая жизнь. В которой, пожалуй, Алану не хватало одного — исполнения мечты. Или даже — призвания: с юности Алан мечтал работать в правоохранительных органах.

Первый шаг навстречу своей мечте Алан сделал, когда устроился на работу в уголовный розыск оперативным сотрудником. Он описывает свою работу примерно так: «Утром планерка, после этого выходишь в город и все — мог пропасть на два-три дня. Слежка, опрос свидетелей, осмотр домов, наблюдение, захват... И практически круглосуточно ты сам — чья-то цель, и нужно постоянно оглядываться, и вертеться на 360 градусов, и иметь глаза на спине, и привыкнуть ходить так — по лезвию ножа». Домой Алан приходил поздно ночью, успевал поцеловать своих девочек и падал без сил. Но и ночью его могли вызвать. И ночью он вставал и шел туда, где нужна помощь. Конечно, без призвания, решимости и любви к своей работе, никто бы не выдержал такой жизни. Алан выдерживал.

Проработал оперативником, а потом перешел на должность следователя. И продолжал бы работать и дальше, если бы не лейкоз. Болезнь, которая ворвалась в напряженный график жизни Алана, и остановила все.

Сначала Алан стал быстро уставать, сильно похудел, ослаб, а потом — анализы, обследования, и растерянные лица врачей: «У вас серьезный, очень серьезный диагноз, нам очень жаль». Сам Алан воспринял произошедшее спокойно: «Я верующий человек — сколько Бог отвел, столько и проживу». Он даже не сразу рассказал про свою болезнь родным — зачем их тревожить. Поделился только с женой, да и то, когда самочувствие ухудшилось настолько, что скрывать дольше было невозможно.

Теперь Алан лежит в больнице, в Москве. С начала марта постоянно идет лечение — курсы химиотерапии, лекарства. Чтобы спастись и победить, Алану нужно добиться устойчивой ремиссии с помощью препарата «Понаксен», который не зарегистрирован в России, а потом пройти трансплантацию костного мозга от зарубежного донора. Все вместе — это огромные деньги, которых нет у человека, всю жизнь работавшего по призванию.

И получается, что теперь спасти Алана, человека, благодаря которому люди жили безопасно, можем мы с вами. У нас появилась такая уникальная возможность.